Разделы

ПО Бизнес Цифровизация Импортонезависимость

Алан Каджаев, Material Bank: Хорошие продукты появляются в синергии технологий и дизайна

«Выстрелит» новый продукт в аудиторию или нет — часто загадка даже для самих разработчиков, в какой сфере бы они ни работали, финтех это, доставка еды или игровое приложение. Как угадать потребности пользователей и протестировать решение до его вывода на рынок, в интервью CNews рассказал Алан Каджаев – экс-руководитель команды дизайнеров нефинансовых сервисов «Тинькофф», экс-продуктовый дизайнер «Яндекс лавки» и старший продуктовый дизайнер Juro. 

CNews: Расскажите, как вы стали дизайнером, и каким было первое место работы?

Алан Каджаев: Дизайном я начал заниматься еще подростком, правда, тогда этого не понимал. Мы с друзьями делали для футбольных симуляторов скины игроков, футбольные формы и инвентарь. Примерно тогда я начал большую часть времени проводить в графических редакторах, и с тех пор в этом плане мало что изменилось.

С первым местом работы мне повезло — я попал сразу в продуктовую компанию. Это был геосервис «2ГИС», куда меня взяли на роль дизайнера интерфейсов внутренних продуктов.

CNews: Вы работали в таких известных компаниях как «Яндекс» и «Тинькофф». Расскажите об этом опыте.

Алан Каджаев: Меня пригласили на роль продуктового дизайнера в «Яндекс еду». Когда я пришел в «Яндекс», «Лавки» еще не было, а в России экспресс-доставка только набирала популярность. Поэтому первое время я развивал ресторанные и курьерские продукты в «Яндекс еде» в роли продуктового дизайнера.

Это был интересный опыт, потому продукты были основой клиентского опыта «Яндекс еды». От их эффективности зависела и скорость доставки, и количество ошибок и прочие факторы, которые формировали качество всего сервиса.

Краткая биография

Алан Каджаев

  • Старший продуктовый дизайнер в Material Bank
  • В качестве продуктового дизайнера работал над первой версией «Яндекс лавки»
  • Руководил командой дизайнеров нефинансовых сервисов «Тинькофф»
  • Работал старшим продуктовым дизайнером в лондонском стартапе по автоматизации контрактов
  • В портфолио — большое количество успешных дизайнов для инновационных продуктов

До того, как я начал работу над курьерским приложением, курьеры были вынуждены использовать несколько приложений. В одном они принимали заказы, в другом — прокладывали маршрут, в третьем — считали свой доход.

CNews: А потом появилось единое приложение?

Алан Каджаев: Да, я полностью изменил этот паттерн и сделал интерфейс более дружелюбным. Теперь в центре курьерского приложения — карта города, маршрут прокладывается автоматически в зависимости от принятого заказа, а доход всегда перед глазами на первом экране. Кроме того, я придумал концепцию социального профиля курьера, чтобы те могли хвастаться количеством выполненных заказов перед коллегами.

Параллельно с развитием этих приложений мы работали над первой версией «Яндекс лавки» — на тот момент это было одно из приоритетных направлений «Яндекса». Нам удалось создать сервис экспресс-доставки продуктов с ярким и удобным дизайном, который затем стал спасением для многих во времена ковидных локдаунов. В первые месяцы запуска продукт стал настоящей инновацией в сфере доставки продуктов и изменил привычную городскую жизнь.

CNews: Можно ли сказать, что «Яндекс лавка» стала частью супераппа?

Алан Каджаев: Да, это ее особенность: тебе не нужно скачивать отдельное приложение, можно просто зайти в привычное тебе приложение «Яндекса» и прямо оттуда сделать заказ. Я хотел переосмыслить сценарии, которые уже набили оскомину в традиционных интернет-магазинах. Мне хотелось сделать проще. В своем роде у нас получились уникальные паттерны: начиная с компактного каталога и заканчивая механикой апсейла. Так как отличительная черта сервиса — быстрая доставка, интерфейс не отстает и помогает очень быстро с собой взаимодействовать.

CNews: А как вы попали в «Тинькофф»?

Алан Каджаев: Меня пригласили на роль ведущего продуктового дизайнера, а затем и руководителя группы, и я с командой развивал нефинансовое направление.

Перед нами стояла сложнейшая задача — перепридумать концепцию финансового супераппа. Я понимал, что делать очередную подборку финансовых сервисов — это путь в никуда, бесполезная модель. Поэтому мне пришла идея использовать все преимущества банка, а именно — конвертировать наши знания о пользователе в релевантные рекомендации.

Алан Каджаев, Material Bank: Личные и коммерческие креативные проекты не дают глазу «замылиться»

Так в основу супераппа легла персональная лента, которая на основе сложных алгоритмов и машинного обучения предлагает пользователю то, что ему нужно в данный момент: от развлечений до финансовых советов.

CNews: Над чем вы работали в компании Juro?

Алан Каджаев: Juro — это платформа автоматизации контактов с глобальной миссией: сделать так, чтобы договариваться стало проще и быстрее. Я тоже поучаствовал в достижении этой цели в роли старшего продуктового дизайнера.

Сам продукт технически очень сложный и инновационный: на основе блокчейн-технологий и смарт-контрактов в Juro, прямо в браузере, можно создать любой контракт и отправить, например, подрядчику. Представьте, сколько времени мы экономим людям — не нужно пересылать документы, отправлять их факсом, искать в архиве...

Как правило, все, что связано с юридическими услугами и контрактами, усугубляет сложный интерфейс. Поэтому у меня в Juro была вдвойне сложная задача — каждое продуктовое и интерфейсное решение должно было быть предельно простым.

Так, в Juro можно на основе одного шаблона создать контракт для сотни подрядчиков из разных стран. То есть интерфейс позволяет автоматизировать контент в зависимости от заданных правил. Например, если подрядчик находится в Германии, можно показать ему условия контракта, релевантные для этой страны. Сделать такой интерфейс удобным — сложнейшая задача.

CNews: Сейчас вы работаете в Material Bank? Что именно разрабатываете?

Алан Каджаев: Material Bank помогает дизайнерам и архитекторам работать над их проектами более эффективно. К примеру, один из важнейших этапов в работе любого архитектора или дизайнера — работа с материалами. На Material Bank можно найти тысячи материалов, а самое главное — заказать их образцы с доставкой в тот же день. Аналогичного сервиса такого качества просто не существует, и это один из главных инструментов в работе архитекторов.

Меня пригласили в качестве старшего дизайнера, чтобы полностью сделать редизайн всего сервиса. Помимо основной функции поиска и заказа семплов (образцов), Material Bank работает как сервис для вдохновения и командного взаимодействия. По сути, это Figma, но для архитекторов, где ты можешь собирать коллажи, проводить встречи с заказчиком и работать над проектом на любом этапе.

CNews: Что помогает дизайнеру развиваться, расти? Что можете порекомендовать коллегам?

Алан Каджаев: Мне помогают креативные проекты: не обязательно коммерческие — личные тоже хорошо подходят. Во-первых, это не дает глазу «замылиться» и помогает использовать разные приемы, которые не очень актуальны в продуктовой работе. Во-вторых, это развивает хард-скилы — ты просто учишься лучше и быстрее делать дизайн.

Один из последний таких проектов у меня — сайт с картой «Архитектуры Авангарда» для «Еврейского музея и центра толерантности», где я выступал дизайнером и частично разработчиком. Получилась красивая карта, которую можно открыть и прогуляться по приятным маршрутам в центре Москвы, изучая архитектуру и историю.

CNews: Расскажите о стадиях разработки продуктов. Насколько это длительный процесс?

Алан Каджаев: Тут нет конкретного ответа, потому что все сильно зависит от команды, процессов, продукта. Если удалось выстроить продуктовый процесс в команде, то даже масштабные продукты можно запускать быстрее.

Например, когда я работал продуктовым дизайнером в «ЦИАН», при разработке и развитии продуктов мы опирались на дизайн-мышление. Этот подход помогает за несколько шагов определить проблему, с которой сталкиваются пользователи, и найти ее решение. Если решение по каким-то причинам не подходит, цикл повторяется. Команда возвращается к определению потребности, чтобы еще лучше ее понять и обновить решение. Завершающий этап в этом процессе — тестирование решения на реальных пользователях.

После того, как продуктовая команда нашла решение и протестировала его, наступает этап разработки. Сначала разработчики оценивают, когда смогут реализовать, протестировать и запустить решение. Крайне важным этапом, без которого сложно представить качественный продукт, является дизайн-ревью. Дизайнер, который в процессе разработки тесно взаимодействует с разработчиками, финально смотрит качество реализации и дает согласие на релиз.

После релиза продуктовая команда отслеживает метрики, о которых договорилась заранее. Если показатели не достигнуты, к решению, а лучше даже — к проблеме, следует вернуться и повторить итерацию.

CNews: Почему хорошие продукты появляются в синергии технологий и дизайна? Как этого добиться?

Алан Каджаев: Технологии помогают по-новому взглянуть на наши потребности и хороший дизайн умеет этим пользоваться. Например, технология блокчейн помогла Juro полностью изменить подход к тому, как компании заключают контракты. Мы облегчили, по сути, очень старую потребность договориться — и сделали это как раз таки за счет синергии технологий и дизайна.

Представьте только, каким инновационным стал процесс подписания контракта: к тебе приходит договор, ты жмешь одну кнопку — и все. Блокчейн под капотом делает такой контракт юридически значимым.

Другой пример — персональная лента в «Тинькофф». С виду это обычная лента с контентом, но за ней стоит модель на основе машинного обучения, которая анализирует огромное количество данных и на их основе предлагает релевантный контент. То есть потребность человека найти или узнать то, что ему актуально, решается на совершенно другом уровне. Это снова происходит благодаря синергии технологий и дизайна.

CNews: Как лучше понять потребность аудитории? Проводятся какие-то исследования? От чего может зависеть успех продукта?

Алан Каджаев: По моему опыту, лучше всего получается попадать в аудиторию, если в компании помимо продуктового процесса существует процесс по накоплению и передаче знаний. И это не просто документ о компании или архив задач.

В первую очередь, это обновляемый источник информации о пользователях: начиная с фибдека, который поступает каждый день, заканчивая метриками и воронками. Такая база помогает любому участнику команды быстро понять, что из себя представляет продукт, его основные проблемы, осознать, какое впечатление остается у настоящего пользователя после взаимодействия с продуктом.

Вокруг такой базы легко выстраивать продуктовые процессы, потому что в центре возникают настоящие люди, их «боль», и все это можно подкрепить цифрами — это хорошее начало для конструктивной работы. Все остальное же дело техники: приоритизация проблем, поиск решения, разработка, запуск, оценка. Если в центре всего этого — настоящие знания об аудитории, то качество сервиса — уже вопрос итераций.

CNews: От чего зависит скорость выхода продукта на рынок? Как они тестируются перед выходом? Изменилось ли что-то сегодня в этом процессе?

Алан Каджаев: Как я отмечал выше в подходе дизайн-мышления есть отдельный этап валидации решения: перед тем, как начать разработку решения в формате прототипа, его тестируют на реальных пользователях. Из моего опыта наиболее эффективный метод тестирования — RITE. Его суть в том, что после каждого тестирования следует обновлять и улучшать решение на основе данных прошедшего тестирования, а не ждать пока закончится весь цикл.

Пандемия изменила сам формат тестирования, но не его суть: теперь сложно представить, что респондента можно пригласить в офис, все происходит по видеоконференцсвязи. С одной стороны, это сложнее, потому что так тяжелее отследить эмоции пользователя, с другой, можно не тратить время на подключение камеры и прочих девайсов, которые были актуальны до пандемии. Плюс стало сложнее получить отказ от пользователей, ведь теперь все привыкли, что созвониться онлайн — это обыденность, и не надо никуда ехать.

А еще пандемия сыграла роль в появлении огромного количества сервисов для немодерируемого тестирования: обычно они работают хуже, но вполне себе подходят для проверки простых гипотез.